До 22 марта в пространстве Anna Nova Gallery проходит первая в Санкт-Петербурге персональная выставка резидента московской галереи pop/off/art художника Ивана Новикова — «Плоды забвения». Куратором проекта выступила Александра Урбановская. Ранее, весной 2025 года, она представила в столице другую выставку художника — «Синий». Специально для DEL’ARTE Magazine обозреватель Людмила Каштанова посетила выставку Ивана Новикова, в которой он обращается к понятиям утраты и пустоты, предлагая зрителям индивидуально прожить их как особые состояния сознания.
Иван Новиков — современный художник, чьё творчество последних лет сосредоточено на абстрактной живописи. Он создаёт картины, маскирующиеся под монохромные холсты в синих оттенках, которые стали для него способом осмысления неопределённости настоящего. Над серией синих монохромов Иван Новиков осознанно работает с 2022 года и планирует продолжать проект до тех пор, пока обстоятельства реальности не приблизятся к цветовому спектру желаемого будущего, скрывающегося за безмятежной метафорой голубого неба.
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
Однако прообразом его мерцающе-синей беспредметной живописи стала не небесная синева, а цвет телевизионного экрана, настроенного на «мёртвый канал». Имитирующие синий экран монохромы Ивана Новикова при близком рассмотрении могут вызывать тревогу, напоминающую беспокойство телезрителя от потери сигнала трансляции и временного отсутствия связи. Но работает ли абстрактная живопись художника в новом выставочном проекте «Плоды забвения» так же? Опирается ли она на привычные художественные свойства или иначе встраивается в выставочное повествование, обращённое к мотивам памяти и забвения?
Выставка Ивана Новикова в Anna Nova Gallery демонстрирует сдержанность во всём: не только в цветовой палитре, где идеальный «белый куб» заполняет сложный синий цвет художника, но и в количестве экспонируемых произведений. Проект, разместившийся на двух этажах, включает всего семь живописных полотен из серии «Синий» и инсталляцию «Плоды забвения», чьё название стало общим для всей экспозиции.
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
Просторная развеска, результат точного кураторского выбора, оставляет в залах много «воздуха», погружая посетителя в атмосферу, знакомую по искусству импрессионизма. Эта намеренная разреженность экспозиции задаёт драматургическую канву выставки. Через работу с пространством и создание пустых зон она возвращает зрителя к темам утраты и забвения, а также усиливает самодостаточность абстракций Новикова, позволяя каждой картине прозвучать индивидуально, не заглушая первое впечатление от других монохромов.
Абстрактная живопись Ивана Новикова обманчиво кажется однотонной. Доминирующий синий оттенок вызывает ассоциации с известными ультрамариновыми монохромами XX века, в частности с полотнами Ива Кляйна, запатентовавшего в 60-е годы свой фирменный цвет — International Klein Blue. Однако, в отличие от свинцово-синих работ Кляйна, холсты Новикова неоднородны. Техника их написания впитывает наследие импрессионистов: множество тёплых цветовых мазков проступает из-под общего синего слоя, создавая внутреннюю пульсацию. Именно эта пульсация, свойственная абстрактной живописи, становится точкой сближения Новикова и Кляйна в проекте «Плоды забвения». Их объединяет не столько общность оттенка, сколько концепт пустоты. В 1957 году Ив Кляйн в парижской галерее «Колетт Алленди» представил свой знаменитый проект «Пустота». Вместо ожидаемых синих монохромов главным экспонатом стала пустая витрина в зале с белыми стенами. Таким образом, выставка «Плоды забвения» в XXI веке через беспредметную живопись также делает шаг к истончающему реальность небытию.
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
Куратор Александра Урбановская и художник Иван Новиков действуют не столь радикально и не отказываются от произведений искусства на выставке. Для обозначения «пустоты», близкой к «забвению», создатели проекта моделируют у зрителя ощущение недостаточности, чувство потери и эффекта ускользания из памяти. Этот «сбой» в восприятии работ достигается полным отсутствием экспликаций и кураторского текста. Вместо привычных комментариев к выставке Александра Урбановская написала стихи в стиле танка — древней японской поэзии из 5 строк и 31 слога, напоминающей небольшую песню. Размещая тексты в точках перехода из одного зала в другой и намеренно делая поэтические строки неудобными для чтения в момент движения, куратор усиливает чувство неустойчивости, похожее на тревогу от синей заглушки телевизионного экрана, и косвенно возвращает зрителя к истории происхождения художественного метода Ивана Новикова.
Это единственные слова куратора, доступные посетителю. Они не задают гостям чётких рамок для интерпретации абстрактной живописи Ивана Новикова и не расшифровывают замысла художника. Однако с мягкой элегичностью, свойственной традиционным жанрам японской поэзии, стихи призывают зрителей опереться на полученное от выставки чувственное впечатление — заглянуть внутрь себя и всмотреться в отстранённо-молчаливую синеву холстов Новикова.
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
Сухие листья (побеги домашнего фикуса семьи художника), встречающиеся у работ в каждом зале, ещё одна деталь выставочного проекта, придающая ему особое ощущение течения времени и приглушённой меланхоличной эмоциональности. Они вступают в тихий диалог с поэтическими строками куратора, ненавязчиво, но глубоко раскрывая тему проекта через призму японской философии ваби-саби. Эта философия иносказательно говорит о красоте увядания, простоте и приглушённости тонов и звуков, открывающих новую глубину. Подобными неожиданными экспонатами, органично вписывающимися в концепцию ваби-саби и приближающимися к идее любования увяданием, стали старые деревянные стулья, которые Иван в итоге собрал в масштабную инсталляцию «Плоды забвения».
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
В продолговатом зале на втором этаже галереи расставлены 18 стульев, сиденья которых, подобно мебельному чехлу в давно пустующем доме, накрывает живописное синее полотно художника прямоугольной формы длиной почти десять метров. Синий холст, словно речной поток, то ли извлекает, то ли уносит в воды забвения расположенные вокруг него кресла. Для художника, который не стремится навязывать зрителю своё видение и предоставляет ему полную свободу в интерпретации, стулья связаны с воспоминаниями о матери, которая увлекалась реставрацией старых стульев, спасая их от жизни в безвременье.
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
Инсталляция Ивана Новикова — это манифест против забвения, где глагол «забыть» трансформируется в кураторскую подсказку «за/БЫТЬ», продлевающую жизнь за его границу. Или, напротив, она лишь подчёркивает неизбежность забвения? Этот вопрос остаётся открытым для зрителя, и ответ на него каждый посетитель выставки найдёт, обратившись к собственному экзистенциальному опыту. Мартин Хайдеггер писал: «Пустота не ничто. Она также и не отсутствие». Возможно, именно абстрактные синие панно Новикова, открывающие целые миры после отказа от многих художественных средств, рассказывают об этом лучше всего.
Фрагмент экспозиции © Фото: Алексей Боголепов
