В Галерее 11.12 на территории ЦСИ «Винзавод» открылась персональная выставка Рината Волигамси «Ветер». В экспозиции представлены живопись, графика и скульптура, созданные за несколько последних лет в узнаваемой авторской манере. Специально для журнала DEL’ARTE (Дельарте) Евгений Наумов знакомит читателей с творческим методом этого художника.
Серый вечер. Белый снег. Между ними невдалеке темнеет обочина дороги, кустики, полоска леса, закрывающая горизонт. Пейзаж, хотя и разделён на плоские планы, всё же позволяет взгляду зрителя погрузиться в глубину картины. Однако центральной фигурой является мужчина, стоящий на фоне запорошенного пейзажа. Он одет в тёмную одежду, напоминающую советскую шинель или тяжёлое пальто, и зимнюю шапку. Основная странность работы заключается в том, что эта фигура кажется «разрезанной» горизонтальной тёмной полосой. У зрителя может возникнуть ощущение, что он стал свидетелем чужого сновидения или сбоя в матрице. Однако героя этой работы происходящее, кажется, совершенно не впечатляет.
Ринат Волигамси. «Ветер». 2025 © Фото: Евгений Наумов
В своём искусстве Ринат Волигамси описывает вселенную, в которой нет фундаментальных законов и причинно-следственных связей, где может произойти примерно что угодно. Например, опоры электросетей могут приобрести упругость и подобно живым деревьям пригибаться от сильного ветра, а сами линии оказываются способны висеть в воздухе без всяких опор. Узнаваемый стиль художника, сочетающий монохромную чёрно-бурую палитру с техникой сфумато, создаёт эффект старой фотографии, подвергнувшейся воздействию открытого огня. Картина, претендующая на документальность архивного снимка, но демонстрирующая зрителю абсурдные явления, создаёт впечатление эрозии реальности, а следы выгорания усиливают это ощущение. Кажется, будто сам мир уже начинает тлеть изнутри и распадаться на обугленные фрагменты. Даже псевдоним Рината Исмагилова (Волигамси наоборот) намекает на то, что его искусство показывает окружающую реальность с изнанки или из зазеркалья.
Ринат Волигамси. «Столбы и пейзажи 3». 2025 © Фото: Евгений Наумов
Сам ландшафт на картинах Рината Волигамси может бесследно исчезать, предлагая зрителю незамутнённое ничто. Например, в серии «Столбы и пейзажи» зажатая между белизной заснеженного поля и неба сельская панорама просто прерывается в зазоре между опорами или не продолжается дальше. Будто бы зритель внезапно достиг просветления, осознал иллюзорность видимого мира и теперь созерцает истинное Ничто.
Ринат Волигамси. «Колобки переходят дорогу». 2024 © Фото: Евгений Наумов
Не все работы, представленные на выставке «Ветер», настраивают на меланхолично-созерцательный лад. Иногда, когда завеса реальности истончается, в наш привычный мир начинают проникать жутковатые существа, такие как «колобки» — идеальные круги или сферы, снабжённые натуралистическими человеческими ногами. Кажется, они не опасны и даже индифферентны к зрителю: идут себе по своим колобковым делам, — но само их присутствие уже вызывает тревогу.
Ринат Волигамси. «Деревня». 2014 (фрагмент) © vladey.net
Искусство Рината Волигамси прекрасно смотрится на групповых выставках, посвящённых сюрреализму, ностальгии по советским временам или переосмыслению фотографии. Впрочем, когда эти произведения собраны воедино в тесном пространстве, их концентрация может ввести зрителя в заблуждение. Многие работы на выставке «Ветер» требуют некоторых усилий для поиска различий между ними. Более того, методы Волигамси остаются неизменными на протяжении многих лет, и постоянные посетители выставок современного искусства могут заскучать, увидев всё те же работы. Возможно, кто-то из них решит, что опоры электросетей проигрывают в эффекте странности и тревожности «глазастым» избушкам из предыдущих серий Волигамси. Но не исключено и обратное: кому-то будут импонировать более тонкие ходы художника и чуть сильнее замаскированный эффект эрозии реальности.
Ринат Волигамси. Графика. 2022–2025 © Фото: Евгений Наумов
Может сложиться впечатление, что художник стал заложником собственного успеха: обнаружив востребованную рынком оригинальную манеру, он уже не может от неё отказаться. Но чем дальше он разрабатывает тему «мистического реализма», ограничив при этом себя в художественных средствах — сохраняя чёрно-бурую палитру, мотивы заснеженных сельских пейзажей и атрибуты советского прошлого, — тем сильнее сужается поле для возможной деятельности. Однако, если Ринат Волигамси искренне испытывает удовольствие от своей деятельности, кто может его осудить? Успех неизменно приходит именно к таким энтузиастам, заражающим зрителя любовью к собственному искусству.
