В самом начале осени вспоминаем художника, скульптора и теоретика искусства Ивана Клюна в день его рождения — 1 сентября (по новому стилю). Не так давно Арт-галерея Ельцин Центра в Екатеринбурге совместно с Фондом сохранения культурного наследия художника представила проект «Иван Клюн. Цветоформы. Постижение пространства». Выставка была реализована при поддержке Московского музея современного искусства (ММОМА) и продолжила исследование наследия эпохи авангарда, показанного через выставки в галерее: «Авангард. На телеге в XXI век» (2020–2021) и «Мир как беспредметность. Рождение нового искусства» (2021–2022). Специально для журнала DEL’ARTE («Дельарте») арт-обозреватель Игорь Брук в формате рассказа-прогулки от лица художника делится автобиографическими отрывками из переписок и совместных манифестов с Казимиром Малевичем и его визуальным творчеством из разных периодов жизни.
Иван Клюн (1873–1943) был очень разносторонним человеком: увлекался не только живописью, но и естественными науками, философией, психологией, историей культуры, теорией творчества, а также писал стихи. Как график и живописец прошёл путь от символизма к супрематизму, в какой-то момент, увлёкшись пространственными формами, создал кинетические конструкции, предвосхитившие мобили знаменитого американского художника Александра Колдера. Один из ключевых художников русского авангарда, который сделал значительный вклад в развитие беспредметного искусства не только в живописной практике, но и в теоретических текстах: Иван Клюн оставил после себя огромное количество автобиографических записей и статей, в которых он формулирует творческий концепт «свет-цвет». Всё это заложило фундамент для современного искусства и визуальной культуры.
Иван Васильевич Клюн (Клюнков). Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна © Фото: Игорь Брук. Редактированная версия
Близко общаясь с Казимиром Малевичем, Иван Клюн попал под сильнейшее влияние харизматичного товарища. Долгое время повторял его творческий путь, почти растворившись в тени мэтра и надолго незаслуженно оставшись в истории искусств персонажем второго ряда. Творческий диалог двух художников отражён в экспозиции выставки «Иван Клюн. Цветоформы. Постижение пространства», что позволяет погрузиться в культурно-исторический контекст. Вначале (на одной стене) Клюн представлен как художник-авангардист — его работы проиллюстрированы фрагментами теоретических текстов. Далее (на параллельной стене) — символистские работы натурного характера: ранний натюрморт в духе Сезанна, камерные, лирические пейзажи, карандашные портреты людей из ближнего круга.
«С одной стороны, художник последовательно проходил все стадии современного искусства, начиная от революционизма и до постабстракции. А с другой стороны, он, родившись ещё в царствование Александра II, не только впитал в себя народную культуру, поскольку он происходил из христианской семьи, но и впитал и тягу к романтизму», — объясняет куратор выставки и старший научный сотрудник Московского музея современного искусства (ММОМА) Оксана Воронина.
Иван Клюн. Письмо Казимиру Малевичу. 1913. Фрагмент экспозиции. Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна © Фото: Игорь Брук
Письмо Ивану Клюну. 18.12.1925. Машинопись на бланке Декоративного института в Ленинграде, с рукописными вставками; оригинал конверта. Фрагмент экспозиции. Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна © Фото: Игорь Брук
Фотографии 1910–1920-х годов. Фрагмент экспозиции. Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна © Фото: Игорь Брук
В подтверждение тому далее приведём отрывки из воспоминаний и заметок художника:
«Вообще страсть к рисованию у меня проснулась очень рано и никогда во всю мою долгую жизнь меня не покидала. <…> Хотя я родился не в Суздальском уезде, а в Покровском в деревне Большие Горки, но, очевидно, иконописный дух был разлит по всем душам уроженцев Владимирской губернии. <…> Потерпев фиаско с военной службой, через некоторое время я уехал из Ломжи в Москву, отец мой в это время жил в Москве и служил на Трёхгорном пивоваренном заводе. Первое время я жил с родителями, а когда поступил на службу, поселился отдельно с товарищем. На службу я поступил в Правление Московско-Киевско-Воронежской железной дороги в отдел контроля сборов».
«Единственно, что я приобрёл себе хорошего в Правлении железной дороги, — я там приобрёл себе жену. Это была младшая дочь старого железнодорожника, бывшего защитника Севастополя, который в последнее время был начальником Казанского вокзала в Москве».
Иван Клюн. Портреты родственников. Фрагмент экспозиции. Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна © Фото: Игорь Брук
«Екатерина Константиновна была скромная и чудесная девушка лет восемнадцати; мы с ней вместе прожили около сорока лет душа в душу, как говорится. <…> Если бы Бог послал на землю своего ангела с тем, чтобы он принял образ человека и жил бы с людьми их человеческой жизнью, оставаясь в то же время ангелом, — то он не мог бы быть иным, как была моя Екатерина Константиновна. <…> Женившись, я переменил службу, — счетоводом в контору одного крупного текстильного предприятия на Варварке. <…> Работать приходилось больше, и времени для посещения студий оставалось меньше, но я компенсировал себя тем, что все праздники и вечера посвящал работе по искусству: работал в студиях и рисовал с натуры пейзажи».
Альбом с натурными пейзажами Ивана Клюна. Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна © Фото: Игорь Брук
«Не довольствуясь интересами, которые господствовали среди служащих Правления железной дороги, я искал духовного удовлетворения и находил его, посещая музеи, художественные выставки. Очень скоро искусство начало становиться для меня потребностью — и чем дальше, тем больше; в конце концов оно стало для меня чем-то вроде религии. Я часто ходил в Третьяковскую галерею, изучил там всё, копировал Верещагина; летом, живя на даче, рисовал пейзажи… <…> Поступил в частное художественное училище Фёдора Ивановича Рерберга… <…> Учеников в это училище привлекало главным образом, кроме прекрасных личных качеств Фёдора Ивановича, ещё и то, что он, будучи теоретиком и историком искусства, как руководитель школы никому не навязывал какого-либо определённого метода работы, и способные ученики находили здесь благоприятную почву для развития своего дарования. <…> Самой яркой фигурой в училище Рерберга из среды учеников был несомненно художник Казимир Малевич».
Прорыв к беспредметному
«Дорогой Казимир Северинович… <…> Только палитра и мольберт помогут Вам выбраться из пустыни беспредметной».
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
«Подход к искусству у меня творческо-аналитический, в отличие от Малевича, у которого подход творческо-мистический; и если он стремился к разрушению (устаревших форм искусства), то я стремлюсь к созиданию и поиску новых форм в искусстве».
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
«Супрематизм и Беспредметное искусство — это первые буквы азбуки будущего беспредметного искусства, которому суждено будет развиваться в течение веков…»
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
«Искусство развивается по тем же законам, как и вся человеческая культура. Многоликая жизнь смотрится в зеркало искусства. То холодный академизм, то мечтательный профиль романтизма, то утончённый великолепный эстетизм, то взлохмаченный бунтующий футуризм. <…> У нас с Малевичем всё время было взаимное друг на друга влияние, несмотря на то, что темпераменты у нас были разные: он как в жизни, так и в искусстве был страшно динамичен, я же — лирик и статичен; в общих вопросах искусства мы с ним всегда были единомышленны и вместе прошли весь путь искусства, вплоть до самой его, Малевича, смерти».
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
«Я совсем не хотел выступать, не хотел говорить по поводу доклада Малевича, но он затронул такие существенные стороны искусства, которые никак нельзя обойти молчанием, и я счёл себя вынужденным отвечать ему. Я не стану касаться той части доклада, которая похожа на апокалипсис, а скажу только об „ЭКОНОМИИ“, которая, как новое пятое измерение, якобы открыта Малевичем. Это экономическое пятое измерение заключается в том, что весь мир, вещи и искусство строятся по принципу экономии. Но в искусстве старая истина, что произведение, которое выражено с наименьшей затратой художественных средств, считается наиболее совершенным. По-моему, он не открыл пятое измерение, а только расширил понятие об экономии. Своим супрематизмом Малевич загнал искусство в тупик и сам туда попал. Он собрал всю супрематическую форму и супрематическую живопись, синтезировал их, обобщил, заключил в чёрный квадрат и удушил. Но не умерло искусство цвета, а только преобразилось, приняв схематическую форму, и из подражательного сделалось творческим. Ныне всеудушающая мёртвая форма квадрата разрушена, квадрат распылён, и искусство вышло на свободный путь развития, и новое возрождение, новый расцвет его начался в искусстве беспредметном».
Крым
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
«В течение моей многолетней художественной деятельности у меня всё чаще и чаще возникали различные вопросы в области искусства живописи, ответов на которые я нигде не находил. <…> Сначала я долго присматривался к новой и чуждой моему духу природе, затем с какой-то жадностью принялся за работу. Работал всё время, не выпуская из рук альбома. <…> Игра волн чрезвычайно живописна: начиная от самых светлых почти белых, голубовато-зеленовато-розово-лиловых тонов вплоть до почти чёрных. Если мне придётся ещё когда-нибудь быть в Крыму, я буду писать только один цвет воды».
Иван Клюн. Крым. «Вид из дворца Юсуповых». Из серии «Крым». 1923–1926. Фрагмент © Фото: Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна
Монументальная форма. Точка схода
«Всё же я продолжал работать и искать. <…> Леонардо да Винчи много работал над изучением пластической анатомии и изучал законы линейной перспективы. <…> Импрессионисты установили воздушную перспективу. В своих наблюдениях в области искусства живописного я установил, что существует ещё один элемент, решающий проблему пространства, — это цвет. <…> Итак, имеется — третья перспектива цветовая».
Иван Клюн. «Жизнь моря». Монументальное панно в вестибюле Всероссийского научно-исследовательского института морского и рыбного хозяйства и океанографии. 1936 © Фото: Игорь Брук
«Из мельчайших волн соткан жизненный процесс человеческого организма, и, слагаясь, эти волны вызывают более широкие и пологие колебания духовного ритма, ритма внутренних переживаний, ритма творчества. Не выражается ли в этом гармония всего существующего? Не в этом ли высший закон бытия?»
Новый живописный реализм
Иван Клюн. «Прогулка». 1900-е. Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна © Фото: Игорь Брук
«Искусство всегда было и остаётся главнейшей целью моей жизни. Моё постоянное стремление знать всё мировое искусство, начиная от первобытного пещерного человека до наших дней, также способствовало моей научно-исследовательской работе — и не только исследовательской».
Иван Клюн. «Натюрморт в вазе». 1920 © Фото: Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна
«Я изучал, то есть собирал искусство малыми крупинками везде, где было можно: по выставкам, по галереям, по студиям, в беседах с товарищами, в мастерских художников, в литературных трудах».
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
«Всё собранное мною я обобщил; обобщая, делал выводы, которые легли в основание сложившихся у меня убеждений, и теперь у меня создалось своё мнение и своё искусство, которым я и хочу поделиться с вами».
Иван Клюн. Рисунок из альбома зарисовок. 1908–1910 © Фото: Собрание Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна
Источники цитат:
- Фрагменты статей, дневников и личных писем Казимиру Малевичу из собрания Фонда сохранения культурного наследия художника Ивана Клюна, представленные на выставке.
- Автобиографический очерк-воспоминания художника // Клюн И. В. Мой путь в искусстве: воспоминания, статьи, дневники. — Москва: RA, Литературно-художественное агентство «Русский авангард», 1999.
Фрагмент экспозиции © Фото: Игорь Брук
