Разложение мифа: почему фильм «Лицо со шрамом» не так уж и плох

12 мая состоялся цифровой релиз драмы Capone, которую у нас зачем-то перевели как «Лицо со шрамом», хотя ни с классической лентой 1932 года, ни с вольным ремейком Брайана Де Пальмы новый фильм Джоша Транка не имеет почти ничего общего. На фильм обрушились с критикой за пустоту, наигранность и общую бессмысленность. Специально для DEL’ARTE Magazine Иван Афанасьев рассказывает, почему не нужно так рьяно хаять этот фильм и как вообще к нему относиться.

1947 год. Альфонсо Габриэль Капоне, он же знаменитый гангстер Аль Капоне, вот уже почти семь лет как пребывает на свободе после долгого заключения в тюрьме, откуда он угодил еще на год в больницу из-за сифилиса. Хотя свобода эта, конечно, мнимая: главная угроза американскому спокойствию выглядит просто жалко. Здоровье того и гляди иссякнет, разум практически не подает признаков здравой мысли, а самому Фонзо (так его ласково называют члены семьи) мерещатся призраки прошлого, которых не отличить от живых людей — в основном, конечно, люди, которых он когда-то убил, а также его подельники. Впрочем, не факт, что и они не убиты. А в это время в лесу федеральные агенты прослушивают фазенду гангстера, рассчитывая выяснить, где же он спрятал десять награбленных миллионов долларов, о которых сам уже не помнит.

Название фильма, конечно, сыграло злейшую шутку — люди, плохо знакомые с историей кинематографа, моментально набросились на него как на кино, «не соответствующее шикарному оригиналу». Что забавно, речь шла именно об одноименной картине с другим Алем — Пачино, где тот играл знаменитого наркобарона и торжественно падал в бассейн в конце от предательского выстрела в спину. Параллели действительно есть — что Тони Монтана, что Аль Капоне встречают смерть в своих шикарных поместьях, залитых солнцем, в окружении врагов. Большая разница лишь в том, что в случае с фильмом Брайана Де Пальмы супостаты вполне реальны, в случае же картины Джоша Транка — по большей степени, нет.

Но на этом параллели заканчиваются — ровно как и не стоило бы искать связь между этой картиной и классической гангстерской драмой Говарда Хоукса, которая действительно основана на прижизненных фактах об Аль Капоне («лицом со шрамом», если что, звали его самого). Но сравнивать два этих фильма — все равно что сравнивать любой фильм из советской «ленинианы» (пропагандистских картин о Ленине — например, «Великое зарево») и «Тельца» Александра Сокурова, где Владимир Ильич в крайне плохом состоянии разлагается, морально и физически, под солнцем. С этой картиной, кстати, у «Лица со шрамом» 2020 года гораздо больше параллелей, чем с любым гангстерским фильмом, и вот почему.

По сути, «Капоне» (разрешите дальше называть его так, дабы не вызывать ненужных ассоциаций) — не байопик, как многие кинулись его называть загодя, еще до выхода в прокат. Это противоположный жанр — анти-байопик, деромантизирующий и демифологизирующий фигуру, которой в массовой культуре принято придавать особое значение. Таковым, кроме «Тельца», был, например (неожиданно!) «Мария-Антуанетта» Софии Копполы, которая брала реально существовавшую фигуру — знаменитую королеву Франции — и устраняла весь исторический пафос, превращая ее в чуть ли не воинствующую феминистку, заодно насыщая воздух фильма музыкой брит-рока 80-х — от The Cure до The Strokes. Таким образом, превращая костюмную драму в пряничную манифестацию идей женской эмансипации.

«Капоне» проделывает примерно тот же трюк, и музыкальное сопровождение тут, кстати, тоже играет свою роль — за саундтрек ответственен El-P, вторая половина рэп-дуэта Run The Jewels, известный своим миксом из хардкорного электронного хип-хопа и мрачного индастриала. Музыка превращает трагическую историю увядания иконы гангстерского мира в почти кроненберговский триллер, в котором плоть Аль Капоне уже неподвластна угасающему духу, что не может встроиться в новый, чуждый для него мир — тело отторгает разум. Мифический образ великого гангстера тонет в собственных нечистотах — поэтому, кстати, в фильме немало места уделено, простите, физиологическим испражнениям. Так рушится легенда о великом Але.

Поэтому, кстати, на роль наверняка и позвали Тома Харди — с его флером бандитских ролей и специфической «заводской» манерой речи (просто послушайте, как демонически его герой произносит фразочки на итальянском в моменты высшей экспрессии) это идеальный бэкграунд, чтобы эпатировать неподготовленного зрителя. Для внешнего сходства стоило позвать звезду злодейских ролей второго плана Гленна Флешлера — но любому ясно, почему не сделали этого. К сожалению, Транк схватился за непосильный ему материал — его скромная на данный момент фильмография включает в себя талантливую малобюджетную супергероику «Хроника» и загубленный обстоятельствами эпик «Фантастическая четверка», в котором авторский пыл режиссера, очевидно, просто не смог разгуляться из-за ограничений продюсеров.

В «Капоне» чувствуется незавершенный шедевр: ему не хватает экспрессии, смелости и, простите, трэша. Взявшись за расщепление мифа об Аль Капоне, Транк не пошел ва-банк (или ему не позволили), и фильм остался сборником гениальных задумок. Ему не хватило всего понемногу: связности сюжета (линия с Джоном Торрио просто смешна), внешнего лоска (местами оператор выхватывает весьма неудачные ракурсы), внятной мысли (зритель ведь не обязан копаться во внутренностях, как патологоанатом, весь фильм), достойного финала. Зато, к сожалению, есть доля вероятности, что достойным финалом картина не стала и для Транка: после такого холодного приема не видать ему больше хороших студийных бюджетов и свободы самовыражения.

Впрочем, уверены, что авторское кино, одновременно с громогласным падением Капоне, обрело нового, очень интересного творца.

Автор: Иван Афанасьев