«ЗОЖ»: драма об одиночестве в сети

В прокат выходит «ЗОЖ» (оригинальное название «Sweat» — «Пот») — сделанный в Польше фильм шведского режиссера Магнуса фон Хорна о том, что красивые фитнес-блогеры тоже плачут. Специально для DEL’ARTE Magazine Роман Черкасов рассказывает об этой картине, пришедшей к нам из конкурсной программы прошлогоднего (не состоявшегося) Каннского кинофестиваля.

У популярного фитнес-блогера Сильвии Заяц (Магдалена Колесник) широкая улыбка, спортивная фигура и 600 тысяч подписчиков в Инстаграме, а на днях она должна получить приглашение провести утреннюю зарядку на ТВ. В общем, все вроде хорошо, но однажды Сильвия, привыкшая делиться своими эмоциями с подписчиками, выкладывает слишком искреннее видео, где говорит, что чувствует себя одинокой. После этого у нее появляется сталкер — странный немолодой мужик, который почувствовал в ней родственную одинокую душу и теперь, прячась в машине, дежурит перед ее подъездом.

Звучит как начало триллера (на триллер намекает и трейлер фильма), но нет: это нечто совершенно иное, и ложное ожидание остросюжетного повествования о девушке в опасности, пожалуй, способно помешать восприятию картины. Про преследователя сразу же ясно, что это, пусть неприятный, но вряд ли опасный, психически не вполне здоровый человек и уж никак не злодей из жанрового кино, однако его появление запускает в душе Сильвии понятные эмоциональные реакции, которые помогают режиссеру и сценаристу Магнусу фон Хорну вести картину в нужном ему направлении.

Кадр из фильма «ЗОЖ»

Фон Хорн показывает три дня из жизни Сильвии, то открыто всматриваясь в ее лицо на крупных планах, то наблюдая за ней будто исподтишка, и всё пытается разглядеть — что там, за оболочкой. Человек, вся жизнь которого на виду, который выкладывает по несколько постов в день и всё, что у него есть сказать, говорит сразу на шестисоттысячную аудиторию, — что-то же у него должно оставаться скрытым и нерепрезентируемым при помощи медиа. Художественная стратегия фон Хорна строится на убеждении, что медиа отчуждает, форматирует и превращает всё в симулякр, но при этом режиссер достаточно оптимистичен, чтобы предполагать по ту сторону симулякра существование некой подлинности, до которой он и желает добраться. Сложность в том, что кино — тоже медиа, ничуть не в меньшей степени, чем пресловутый Инстаграм, и, честно отдавая себе в этом отчет, фон Хорн старается минимализировать отчуждающую силу своего киноязыка, сделать его, по возможности, прозрачным и незаметным «посредником». С этой целью он избегает общепринятых нарративных условностей и выстраивает почти бессюжетное повествование — бессюжетное не потому, что там ничего не происходит, а потому, что происходящее не организуется в сюжет в традиционном понимании: даже о том самом видео, которое неосторожно выложила Сильвия и которое послужило условной завязкой для последующей истории, мы узнаем примерно на пятнадцатой минуте, вскользь, из разговора и как о событии, произошедшем за пару дней до начала. С этой же целью фон Хорн прячет организующие повествование режиссерские и драматургические решения и предлагает зрителю как бы живую неотрефлексированную действительность — он стремится, чтобы фильм не «рассказывал», а «показывал», принимая на себя роль не творца, а простого наблюдателя, и приглашая зрителя наблюдать вместе. Такой подход актуализирует распространенную метафору кинематографа как подсматривания, слежения за чужой жизнью, и эта метафора открыто реализуется в фигуре сталкера, неприятное родство с которым осознает режиссер и не может не почувствовать зритель.

Если режиссер пытается прорваться сквозь стену отчуждения, создаваемую медиа, то Сильвия, в общем, занята тем же. На протяжении своей трехдневной эпопеи, которой предшествовало публичное признание собственного одиночества, она как бы прощупывает окружающую ее реальность в поисках близости: встреча с подругой, визит на день рождения матери (душераздирающий эпизод), флирт с коллегой — ни что иное, как попытка обрести ощущение близости, которое ведь должно же быть у каждого человека. Впрочем, жизнь вне соцсетей предсказуемо отторгает ее: то ли Сильвия в глазах окружающих не может перестать быть собственным виртуальным образом (на этом, кажется, настаивает режиссер), то ли достижение полноценной близости между людьми вообще довольно проблематичная штука.

Кадр из фильма «ЗОЖ»

«ЗОЖ» можно за многое похвалить — и за лаконичную режиссуру фон Хорна, который выстраивает картину на одних лишь эмоциях Сильвии и окружающих ее людей, и за сдержанную выразительную игру Магдалены Колесник, и за катарсическую предфинальную сцену на ночной улице. И тем не менее парадокс в том, что такой фильм про Инстаграм-блогера мог бы выйти самое позднее лет 15 назад, то есть еще до появления собственно Инстаграма. Было время, когда оппозиция реального и (неизменно демонизированного) виртуального и идущие с ней рука об руку поиски аутентичности, подлинности были жутко актуальны, но точка в этой теме была поставлена еще, кажется, трилогией «Матрица». И странно со всей серьезностью поднимать эту тему сейчас, когда соцсети давно перестали восприниматься в терминах противопоставления «обычной жизни» и из возможного объекта рефлексии превратились в инструмент построения сюжета в хоррорах и сатирических комедиях. К тому же с недоумением приходится признать, что у довольно молодого режиссера Магнуса фон Хорна какие-то пенсионерские представления о принятых в социальных сетях поведенческих нормах. Например, трудно поверить в скандал, вызванный чрезмерно искренней публикацией героини и даже поставивший под угрозу ее блогерскую карьеру, — соцсети давно и прочно превратились в законную площадку для озвучивания своих слабостей, болячек и тревог, и не понятно, с чего бы таблоидам и уж тем более телевидению шеймить красавицу-блогера за откровенность.

Проблемы и терзания, которые в фильме атрибутируются социальной группе «популярные Инстаграм-блогеры» на самом деле вполне универсальны и без натяжек могут быть признаны общечеловеческими. Но фон Хорн с такой серьезной увлеченностью репрезентирует эстетику Инстаграма, с такой искренней вдумчивостью всматривается в фитнес-тренировки и с таким детским любопытством наблюдает, как его героиня фотографирует себя в зеркале, что будь этот фильм о бухгалтерах или банковских клерках, он бы, пожалуй, и правда многое потерял.

Другие Новости