Ани Асланян: «Люди из креативных индустрий – драйверы создания метавселенных»

О важных ArtTechпроектах и развитии креативных индустрий, о будущем метавселенных в сфере культуры и искусства, о сути технологии NFT и ее влиянии на арт-рынок рассказала DEL’ARTE Magazine Ани Асланян. Разговаривала с основательницей телеграм-канала Blockchain.рф, членом экспертного совета по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству Госдумы РФ технологический обозреватель Ольга Проходцева.

Ани, какое место занимают технологические проекты в сфере креативных индустрий сегодня?

Сейчас можно сказать, что все проекты и сервисы, рождающиеся в технологической сфере, креативные. Они сегодня создаются на основе главного фактора – персонализации. Чтобы продукт стал успешным на рынке, он должен быть ориентирован на потребителя, поэтому в основе любой технологической компании работает креативная команда.

Если раньше креативными индустриями можно было бы назвать отдельно искусство, отдельно театр, отдельно, например, литературу, то сейчас все это аккумулировано в IT-проектах, которые мы используем и за развитием которых наблюдаем. Перечень направлений огромный, и креативная составляющая есть везде. Такой определенный сдвиг интереса в сторону креативной экономики произошел на фоне активного развития цифровизации в последние 10 лет. Мы видим, как технологии создают дизрапт всего, меняя многие отрасли и в целом наш образ жизни, культуру взаимодействия друг с другом, с бизнесом, государством.

Какие конкретные проекты сегодня вы могли бы выделить?

Недавно я увидела очень интересный проект в Петербурге. Он пока в процессе создания, но мне кажется, это хороший пример коллаборации арта и IT. Европейский университет совместно с Государственным Эрмитажем создает Международную школу искусств и культурного наследия. Образование в наше время – это самое ценное, что может быть у человека: если он хочет быть конкурентоспособным, он должен все время обучаться. Новым элементом этой школы будет именно применение и использование цифровых технологий в обучении. В рамках школы компании «Яндекс» и BrainGarden стали партнерами по созданию лаборатории «Искусство и искусственный интеллект», а медико-генетический центр Genotek и компания «Гротекс» (бренд «Солофарм») – лаборатории палеогеномики.

Работники музеев и кураторы выставок смогут использовать возможности генетики для развития экспозиций и понимания российского культурного наследия. Предполагается, что искусствоведы будут учиться пользоваться инструментами на основе машинного обучения и искусственного интеллекта.

Еще один пример, также в Санкт-Петербурге. Алексей Кудрин в марте этого года объявил о создании Университета свободных искусств и наук. Новый вуз станет коллаборацией гуманитарных, естественных и точных наук. К примеру, предполагается, что на одном из факультетов будет работать программа когнитивных исследований, где будут изучать возможности мозга наравне с геологией, лингвистикой и нейрофизиологией. Также там будет уделяться внимание компьютерным наукам, большим данным, изобразительному искусству, архитектуре, кино. Мне кажется, такие проекты вдохновляют очень многих на новое открытие себя, заставляют пережить новый виток развития.

Премия Russian Creative Awards, членом экспертного совета которой вы являетесь, посвящена достижениям в сфере креативных индустрий, по вашему мнению, какие из них вы бы выделили?

В части проектов, которые представлены в премии, я бы, наверное, обозначила проект «ГЭС-2» в номинации «Креаполис года». Это очень крутой проект, и то, что хотят донести руководители этого кластера, очень ценно и чем-то мне напоминает эпоху Возрождения в современной культуре.

Еще хороший цифровой проект, который мне понравился, – это Wizart Animation. Это мультипликационная студия и школа анимации, 3D в том числе, где работают не только с участием традиционных инструментов, но и с применением цифровых технологий. Поэтому мне этот проект, так скажем, близок. И я вижу их развитие в такой нарастающей по популярности теме, как метавселенная.

Тема метавселенных – это, конечно, очень интересная история, которая будет вероятно развиваться уже в ближайшие 5 лет. Как вы думаете?

Да. На самом деле, я активно слежу за развитием этой темы и могу сказать, что через 5-7 лет метавселенные точно будут. Что мешает их появлению здесь и сейчас? Недостаточно развитая технологическая инфраструктура, отсутствие нормативной базы, недостаточно высокая скорость связи, уже нужны технологии 6G, отсутствие новых архитектур для кибербезопасности, усовершенствованных проектов. Чтобы сегодня мы с вами смогли работать или развлекаться в метавселенных, нам необходимы большие вычислительные мощности, нового формата мобильные устройства. Совсем скоро мы станем свидетелями революции мобильных устройств, человечество отойдёт от привычных смартфонов, на их смену придут более умные гаджеты, оснащённые VR/AR технологиями, а также имеющие возможности считывать сигналы мозга человека.

Такие компании, как Meta, Nvidia, Google, Roblox Epic Games уже занимаются разработкой своих метавселенных. Почему появляются метавселенные? Просто потому, что в том виде, в котором проекты существуют сейчас, они уже неинтересны пользователю.  Поэтому онлайн-игры, социальные сети, образование трансформируются быстрее всех благодаря виртуальной и дополненной реальности.

Интересно, как в сфере культуры и искусства может выглядеть метавселенная. Как думаете, это будет музейное пространство, галереи или что-то совсем иное?

Сегодня можно много фантазировать на эту тему, но лучше всех эту концепцию смогут раскрыть специалисты, работающие в индустрии. Люди из креативных индустрий – драйверы создания метавселенных. Философы, психологи, дизайнеры и художники будут востребованы в создании метавселенных для разных компаний и сфер. Потому что именно их компетенции нужны для создания наиболее интересных и комфортных проектов. Метавселенные – это ведь некий виртуальный мир, который очень непохож на нашу реальную жизнь. Он красочный, яркий, в нем должна быть какая-то своя аура, философия. Художники займут там определенную роль, в том числе и как архитекторы. Мы с вами просто-напросто увидим, как будут создаваться красивые здания и инженерные продукты, которые начнут продаваться онлайн. Уже сейчас продаются земельные участки и даже дома в метавселенных. Собственно, для таких проектов нужны люди из креативных индустрий, они сейчас будут на гребне волны и смогут получить очень большие преференции.

Лувр до того, как стать музеем, был местом проживания художников, там они занимали квартиры и писали картины. Это творческое пространство выросло в огромную музейную институцию. И мне пришла аналогия, что метавселенная для сферы культуры и искусства, – это как зарождающийся новый цифровой Лувр. Как вы на это смотрите?

Я бы здесь обозначила, что метавселенных будет множество.

Фото предоставлено спикером

Лувр тоже не единственный в мире крупный музей.

Да. Как мы сейчас пользуемся разными платформами, мы точно также будем пользоваться разными метавселенными. Технологические гиганты будут создавать такие возможности идентификации пользователей, когда не нужно будет менять свою учетную запись для перехода из одной в другую, – например, из Facebook в Google мы зайдем с тем же аватаром.

Экосистема метавселенных, получается?

Да. И мы увидим, каким образом одна и та же личность перемещается по этим пространствам. По сути, это как сегодня мы с вами пользуемся внутренним паспортом, а для поездок за границу мы используем заграничный паспорт.

Наряду с этим встают вопросы безопасности владения активами и разработки этических норм поведения в виртуальном пространстве. Эти вопросы сейчас только зарождаются, но пока на хайпе NFT, мы очень мало об этом задумываемся. Например, недавно я стала жертвой хулигана на VR-выставке, по которой путешествовала в шлеме виртуальной реальности. Он мешал смотреть картины, обзывался, мне пришлось выйти и замьютить его. Остался неприятный осадок.

Как вы правильно заметили, тема находится на хайпе. Очень редко люди задумываются, как их NFT-токен защищен. На самом деле, компания, которая предоставляет вам возможность смотреть виртуальную выставку и дает к ней доступ, должна провести с вами некий инструктаж как лицо, ответственное за то, что с вами произойдет, в том числе и за ваше психологическое состояние. Обязательно нужно говорить, что возможны какие-то ситуации и порекомендовать схему действий. Для того чтобы компания могла дать этот инструктаж, она должна тщательно заниматься тестированием. Более того, когда выявляются угрозы, то компания, которая предоставляет услугу, должна найти партнера, который  поможет ей обеспечить безопасность. Например, чтобы к вам не подходил, как вы сказали, какой-то человек, какое-то существо, и не пытался вам как-то нахамить, или обидеть, или еще что-то, у вас должны быть инструменты защиты. На самом деле это все говорит о том, что рынок незрелый. Например, в мае был такой яркий пример, когда хакер подделал NFT-токен, чтобы вскрыть миф о безопасности токенов. Он создал поддельную копию самой дорогой NFT-картины американского художника. И речь шла о подделке криптографических доказательств владения оригинальным произведением искусства. Он это сделал и у него получилось.

И самое печальное, что этого никто не заметил.

Просто хакер пытался доказать явную вещь – никто не может опровергнуть то, что созданный им NFT на самом деле не был сделан от имени художника. И автор токена может только на словах пообещать, что создает единственный NFT для цифрового актива, а в принципе имеет возможности выпускать его сколько угодно раз. Соответственно, возникает вопрос: если люди покупают за огромные деньги те или иные произведения искусства, то отдают ли они себе отчет в том, что может произойти? Мне кажется, что рынок еще незрелый, и именно поэтому в июне–июле этого года он стал снижаться после волны хайпа и галопирующего роста.

Почему нам сейчас нельзя идти с хайпом NFT и бить себя в грудь о том, что это наш следующий этап развития? Просто потому, что есть определенные большие проблемы в части отсутствия единого нормативного регулирования и вопросов, связанных с интеллектуальной собственностью и авторским правом. У нас пока нет мер для предотвращения кражи, ненадлежащего использования NFT-токенов.

Пример с хакером, который специально создал отдельный токен, об этом и говорит. А также очень важно понять, как применять NFT правильно в тех сферах, где это, с точки зрения бизнеса, будет валидно. Я считаю, что у NFT есть шансы стать самодостаточным рынком только тогда, когда будут устранены регуляторные пробелы и уязвимости в информационной безопасности. А пока это высоковолатильный проект.

Мы приходим с вами к выводу, что, в принципе, децентрализованное хранение информации об арт-объектах при помощи технологии NFT пока еще не обеспечивает нам такой надежности?

Я немного не согласна. Децентрализованное хранение обеспечивает. Блокчейн – это технология, которая имеет достаточно большие возможности для того, чтобы информацию хранить в надлежащем качестве, чтобы ее никто не менял, и так далее. Но все зависит от того, как ее применять. Вот NFT, с точки зрения применения блокчейна, сейчас не совершенна. Со стороны информационной безопасности эти токены могут быть, как мы видим, подделаны.

Ну и с точки зрения криптовалют, покупка NFT риск?

Развитие криптовалют происходит достаточно долго. Вы можете наблюдать это уже больше десяти лет. Биткоину 2 января 2022 года будет 12 лет.

Не так уж и мало на самом-то деле.

Да, это много. Я считаю, что за время своего существования технология блокчейн очень многое пережила – рост популярности, хайп, промышленное применение. И здесь же вопрос в том, готовы ли правительства стран к работе с криптовалютой? Потому что если мы с вами посмотрим на то, с какой активной частотой заявляют о работе с криптовалютой крупные технологические компании – Amazon, Walmart, Google – то они давно готовы, в том числе как и наши компании. Но не могут все запустить по одной причине – потому что в случае запуска у них будут большие проблемы с регуляторами, а регуляторы против криптовалют. А почему они против? Потому что это сильно изменит наш финансово-экономический ландшафт.

Вы покупали цифровое искусство именно в виде NFT?

Пока нет. Я жду. Да, я человек, который достаточно настороженно относится к тому, что происходит с информационной безопасностью. Я считаю важным осознавать то, что покупаешь и как это может быть защищено, застраховано.

Вы наверное знаете, что арт-рынок в России достаточно малоемкий.  Как вы думаете, развитие цифрового искусства поможет его расширить, если вдруг мы все-таки говорим, что NFT – это хорошо и государство подкрепляет его законодательно?

Я думаю, что да. Вы посмотрите, что происходит сегодня на ярмарке Art Basel. Благодаря NFT мы можем очень многое демократизировать и популяризировать с точки зрения искусства. То есть люди начнут коллекционировать, как это было в период эпохи Возрождения. Но тогда коллекционировали в основном богатые люди, те, кто обладали капиталом, а сейчас время, когда искусством может овладеть на самом деле практически каждый человек. И хотела бы отметить, что развитие креативных индустрий будет играть в этом немаловажную роль, хотя мы о них услышали буквально недавно.

Да. И для меня это было удивительно.

Мы об этом раньше не говорили и начали слышать только в конце 2019 года. Я считаю, что большое дело сделала непосредственно Марина Абрамова как руководитель «Роскультцентра» и директор «Российской креативной недели». Если бы она не собрала сообщество в такой “зонтик” под названием Russian Creative Week, то наша креативная составляющая осталась бы в том разобщённом состоянии, в котором была до этого. Это очень большой скачок не только для людей, которые работают в индустрии, но и большая помощь для тех, кто работает непосредственно за ее пределами. Потому что всем нужны кадры – а где эти кадры взять? Где взять лучших людей российским компаниям, работающим, например, над созданием метавселенных? Мы видим, как креативные экосистемы создают и «Сбер», и «Яндекс», и ВТБ, и ВЭБ, и «Национальная Медиа Группа», и «Газпром-Медиа», и в том числе VK Group. Я думаю, что на сегодняшний день они, наверное, будут главными – не побоюсь этого слова – заказчиками у рынка креативной экономики. В этом я вижу большой прорыв!

Организаторы первой Национальной премии в сфере креативной экономики Russian Creative Awards – дирекция «Российской креативной недели», АНО «Креативная экономика» при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.

DEL’ARTE Magazine является официальным информационным партнером мероприятия.

Другие Новости