С 9 по 28 октября в Музее-Усадьбе Муравьёвых-Апостолов прошла выставка «Трын*Трава. Современный русский стиль». Москва вновь стала площадкой, где ярко проявилась актуальность национальной культуры. Российские креативные индустрии успешно создали качественный дизайн-продукт, а художники — уникальные образы и арт-объекты, способные украсить любой музей. Специально для DEL’ARTE Magazine искусствовед Алёна Григораш поделилась своими впечатлениями об экспозиции.
Проект «Трын*Трава. Современный русский стиль», существующий с 2018 года, занимает особое место среди множества российских креативных инициатив, посвящённых русскому стилю. Его уникальность заключается в наличии чётко сформулированной миссии-манифеста. На протяжении семи лет кураторы Элина Туктамишева, Светлана Попова и Ирина Батькова объединяют творцов и открывают новые таланты. Они демонстрируют богатое культурное многообразие России и преемственность её традиций, задавая тренды русского стиля. Популяризация стиля происходит через арт-продукцию декоративно-прикладного искусства, а новая публика воспитывается красотой. Проект также служит зеркалом состояния отрасли, представляя её как в России, так и за рубежом посредством выставок и действующей онлайн-галереи.
Портреты кураторов проекта «Трын*Трава. Современный русский стиль». 2025 © Фото предоставлено пресс-службой
Русский стиль на выставке предстаёт в двух ипостасях. Первая — это узнаваемый культурный код, понятный любому, кто знаком с российскими реалиями: достаточно вспомнить собаку Лайку или «Купание красного коня». Именно к этой категории относятся работы Екатерины Яковлевой из серии «Космические туристы» и фарфоровые статуэтки Елены Илларионовой, изображающие коней в пальто и ванне. Вторая ипостась — это взгляд со стороны, взгляд иностранца. Он, вероятно, выбрал бы самые экзотичные и яркие образцы русского интерьерного дизайна, ценя их неповторимость. Важную роль играет и стремление участников к полному циклу производства «Сделано в России».
Елена Илларионова. «Купание красного коня». 2025 © Фото: Алёна Григораш
Например, для ширмы «Превращения: цветок папоротника» Татьяне Чапургиной понадобилось 1085 часов для создания чёрно-белых вологодских кружев изо льна и хлопка. Если кружева, сотканные в духе северных узоров, воспевают весну и лето, то фарфоровые «чешуйки» для боковых створок ширмы, созданные специально для этого «проекта полного цикла» на Императорском фарфоровом заводе, своим холодным прикосновением и твёрдостью повествуют об осени и зиме.
Татьяна Чапургина. Ширма «Превращения: цветок папоротника». 2025 © Фото: Алёна Григораш
Две лампы от нижегородского художника по дереву Александра Ивасенко — это не только трудоёмкие, но и глубоко символичные произведения. Торшеры с тумбой «Русский лес. День, ночь», над которыми мастер трудился около пяти месяцев, вырезаны из двух деревьев. Они установлены на пни кедровой сосны и обработаны маслом и воском.
Торшер «День» олицетворяет рациональность, предсказуемость и ясность всего, что он освещает. Его брат «Ночь» посвящён страстям, инстинктам и неожиданностям. Эти идеи воплощены в трёхчастных композициях на стволах, напоминающих украшения Збручского идола.
На «дневной лампе» изображено солнце, под ним — резная северная птица, а ниже — охотник с ружьём, перепрыгивающий грибы на поляне берёзового леса. Композиция под «ночной лампой» включает лубочное солнце с полумесяцем, советский спутник, а также сов, фланкирующих ёлку со звездой на макушке, и медведя, который сидит в шаманской одежде у её корней.
По замыслу художника, эти работы демонстрируют связь человека с природой и отражают «цикличность жизни человека и смену его настроения в зависимости от внешних условий».
Александр Ивасенко. Торшеры с тумбой «Русский лес. День, ночь». 2025 © Фото: Алёна Григораш
Если Ивасенко черпает вдохновение в мезенских росписях, северной эстетике и лубке, то белый стул «Хлебное место» Александра и Екатерины Чубарь переносит зрителя в эпоху ампирных кресел, русского сибаритства Онегина и атмосферу картины «Завтрак аристократа». Его ножки изящно украшены колосьями пшеницы, а само сиденье напоминает нежный хлебный мякиш. Студия Tayga Design создала этот предмет мебели не просто как стул, а как оберег, символизирующий рождественские фигурки из хлеба, которые в Вологодской, Архангельской и Олонецкой губерниях играли магическую роль в «культе хлеба на Руси».
Александр и Екатерина Чубарь. Стул «Хлебное место». 2025 © Фото: Алёна Григораш
Подобно тому как кажущиеся простыми шапки героев новогодней комедии «С лёгким паром» скрывают нечто большее, так и концепция Алексея Долина из Иркутска удивляет при ближайшем рассмотрении. В серии «Азатай» он представил лампы «Хоровод» и «Охота», где основание из твёрдых пород дерева гармонично сочетается с плафоном, украшенным меховой оторочкой. Источником вдохновения для мастера послужил суровый дух древних людей, оставивших на Ленских столбах Шишкинские писаницы — петроглифы, запечатлевшие сцены охоты и магических ритуалов.
Алексей Долин. Лампы «Хоровод» и «Охота». 2025 © Фото: Алёна Григораш
Ресайкл-трио «Розовые волнушки» от Юлии Корицы — это ода собирательству, а не охоте, увлечению, глубоко укоренившемуся в сердцах многих россиян. Вдохновение для создания тумбочек и чайного столика в образе грибов — тех самых «красулей», которые в России так любят собирать для зимних заготовок, в отличие от европейских и азиатских традиций, — пришло к автору в разгар грибного сезона. Разглядывая лесные дары, Юлия Корица увидела в их фактуре удивительное сходство с текстурой переработанной бумаги.
Юлия Корица. Трио «Розовые волнушки». 2025 © Фото: Алёна Григораш
Особый статус промыслового собирательства в России находит отражение в коллекции ваз «Перлы» Дарьи Бобровой. До того как на Майорке научились искусственно выращивать жемчуг, пресноводный речной жемчуг из Российской империи служил настоящей «золотой валютой» для экспорта. Только до середины XIX века Россия отправила за рубеж жемчуга на сумму, равную миллиарду современных рублей. Его добывали повсюду — от берегов Карелии до просторов Камчатки — в таких немыслимых количествах, что речной жемчуг стал доступен всем сословиям, а иностранцы нарекли его «русским национальным камнем». Художница, чьи корни уходят на Дальний Восток, питает глубокую любовь к жемчугу как материалу. Именно поэтому для своих ваз она выбрала металлическое покрытие, которое теперь украшено наивными образами птиц, оленей, волн и камней, искусно выполненными из низок жемчуга. Посетителя выставки не должна вводить в заблуждение кажущаяся мягкость фактуры ткани и жемчуга: эта керамика создана с применением особо прочной техники полуфарфора, глазури и люстра.
Дарья Боброва. Вазы «Перлы». 2025 © Фото: Алёна Григораш
Проект «Тишина» — это нечто большее, чем просто инсталляция; это подлинное музейное чудо, способное сыграть на струнах русской души. Женя Балдина оживила его, вырезав изысканную деревянную руку из древней прялки усольской усадьбы Голицыных и вплетя в неё душу времени — изящное мотовило XVIII века, что шепчет о забытых нитях судьбы. Светлана Евдокимова соткала рядом волшебное мини-поле: стеклянные колосья пшеницы мерцают на тонких металлических стеблях, словно воспоминания о золотых нивах. Инсталляция дышит жизнью — элементы плавно колышутся, приглашая прикоснуться к колосьям, провести ладонью, как по ласковой волне травы.
Авторы дарят зрителю размышления о возвращении в дом и на дачу из воспоминаний детства и делятся тёплым чувством «благодарной любви к маме». Это область «невыразимого», она понятна всякому, кто в летний зной русского поля проводил рукой по колосьям высокой травы, ощущая и трепет поля, и беззаботное чувство счастья и свободы, как в песне Исаака Дунаевского: «Широка страна моя родная».
Женя Балдина, Светлана Евдокимова. Фрагмент инсталляции проекта «Тишина». 2025 © Фото предоставлено пресс-службой
